Весной нынешнего года, как обычно в эту пору, любители музыки собрались в Концертном зале Уфимского училища искусств, чтобы услышать очередную программу цикла «Бах и композиторы XX века», исполняемую прекрасным мастером — заслуженной артисткой РБ пианисткой Евгенией Пупковой.

XX век был представлен именами наших соотечественников Георгия Свиридова, Аркадия Агабабова и Георгия Фиртича, а среди произведений Баха звучали его обработки сочинений других композиторов — Антонио Вивальди, Алессандро Марчелло, Яна Адама Рейнкена.

Спустя неделю состоялось второе исполнение той же программы, и в зале мелькали лица людей, пришедших послушать ее вторично. Это тоже дело обычное: многие поклонники творчества пианистки ходят на все ее концерты. Но два нынешних выступления Евгении Пупковой отличал один грустный нюанс: это была последняя программа баховского цикла.

(далее…)

…Мы сидим в маленьком школьном классе, я и она, женщина с молодыми блестящими глазами. Нервическая подвижность всего ее существа с трудом усмиряется сидячей позой, седые пряди беспорядочно падают на толстые стекла очков, а взгляд пристально устремлен на меня. Вот он, наивный, восторженный, жуткий — совсем близко. Дыхание перехватывает. По какой-то странной иронии судьбы человеку с таким апокалиптически пылающим взором выпало носить такую забавно-простоватую фамилию: Пупкова.

— Начинаем концерт заслуженной артистки республики Евгении Пупковой.. Иоганн Себастьян Бах. Партита до минор. — Девушка объявляет в лёгком замешательстве: зрителей в зале — пять-шесть человек. Но пианистку этим не смутишь. Она идёт к распахнутому роялю, как хирург к пациенту, как оратор к трибуне, как священник к прихожанам, — твёрдым, истовым шагом и погружается в свой мучительный и сладостный, в свой адски-счастливый мир. Так продолжается уже тридцать пять лет. Тридцать пять раз подряд в одно и то же время, поздней весной, она выходит на сцену, зябко поглаживая левую, когда- то переигранную руку, и дарит своей неблагодарно отвернувшейся публике плод безумно тяжёлого года… Прост и причудлив сюжет двухчасового действа: музыка старая — музыка Новая. А ведь была когда-то совсем другая музыка в её руках…

* * *

— Женя, Женечка, ну ещё фокстротик или «На сопках Манчжурии», — кокетливо встряхивая кудряшками и стреляя искоса на удачно закадрённого лейтенантика, обнимала её вместе с аккордеоном пышногрудая плясунья в шакшинском клубе. — Ну, деточка, солнышко, ещё разочек — и пойдёшь в свою кроватку! — Кроватка семилетней Жени, однако, была ой как не близко. Засыпала на руках у папы, и он долго нёс свою маленькую труженицу до вокзала. Сзади устало топали сестра Миля и мама с аккордеоном. Этот трофейный немецкий инструмент, купленный отцом на базаре по случаю, помноженный на проворные пальцы и звонкий голосок его бойкой Женечки, любимицы, артистки, — здорово выручал их в голодные послевоенные годы… Тогда ещё никто не называл её вундеркиндом, хотя малышка с неумолкающим аккордеоном на смуглых коленках, обращенных к улице из раскрытого окна старого кирпичного дома, то и дело, к общему удовольствию, звучно оживляла сероватое ненастье черниковских дворов.

(далее…)

В этом году исполняется 35 лет творческой деятельности известной пианистки, преподавателя училища искусств Евгении Григорьевны Пупковой. За эти десятилетия ею дано огромное количество концертов, причем уже по традиции Евгения Григорьевна каждый учебный год заканчивает большим сольным выступлением в одном из концертных залов города.

Из краткой характеристики Е.Г. Пупковой, данной профессором московской Государственной консерватории, заведующим кафедрой фортепиано Центральной школы для музыкально одаренных детей А.Г. Руббахом (1972 г.): «Мне довелось в течение ряда лет быть учителем Е. Пупковой, и я могу сказать, что она была замечательно талантливым ребенком… Она в шесть лет взяла аккордеон в руки и в тяжелые послевоенные годы вместе с семьей выступала в клубах, на танцплощадках, в рабочих поселках и железнодорожных станциях Башкирии. Это была поистине изнурительная работа, когда ребенок поздно ночью засыпал тут же на сцене, уронив голову на свой инструмент…».

Репертуар исполнительницы огромен: западная и русская классика, произведения советских и башкирских композиторов, в каждой программе произведения самых современных композиторов, которые исполняются (из-за их трудности) или крайне редко, или впервые. Например, в апреле 1998 года в Большом концертном зале УУИ состоялся концерт Е. Пупковой. Первое отделение включало современную западную музыку (Барток, Типпетт, Эйслер), второе было посвящено творчеству Скрябина.

Из «Краткой характеристики…»: «…прошло более двадцати лет, но я до сих пор помню руки Жени, постоянно залитые коллодием, так как пальцы девочки не выдерживали той нагрузки, которую им создавала их маленькая хозяйка, пальцы постоянно кровоточили, работая по восемь-девять часов в день».

Концерт вызвал у слушателей целую гамму чувств; от восторга и удивления (необыкновенная сложность и масштабность программы) до безграничного уважения и преклонения перед творческим подвигом заслуженной артистки республики Е. Пупковой.

(далее…)

В зале Башкирской государственной филармонии состоялся очередной концерт (благотворительный, в честь 50-летия Победы) пианистки Евгении Пупковой.

В программе классическая и авангардная музыка. Классика — это Й.С. Бах: трехголосные инвенции и редко звучащие на концертной эстраде соната «Ре- мажор» и «Три фантазии». Бах — единственный композитор, к которому Евгения Пупкова возвращается в течение десятков лет. Трехголосные инвенции — последний цикл, который она представила на суд слушателя. (За последние двадцать лет, кроме изрядного количества сочинений современных авторов, начиная от Булеза, Мессиана и Жоливе и кончая Карамановым, Уствольской и Тищенко, Пупкова исполнила немало сонат Гайдна, Моцарта, Бетховена, Шопена, постоянно возвращалась к произведениям Чайковского, Мусоргского, Метнера и других композиторов).

(далее…)

Объяснение пришло внезапно, как прозрение: вне сомнения — это дар божий, как пение соловья, как необъяснимая красота крыльев бабочек, оперенья птиц и другие чудеса природы.

Талант просто дарован пианистке Евгении Григорьевне Пупковой, которую я знаю давно как человека необычайных творческих способностей и столь же необычной судьбы, и на концерте которой недавно побывал.

Ответ на загадку явления под именем Евгении Пупковой был подсказан воспоминанием о прошедшей весне в «Зеленой роще», где каким-то чудесным образом сохранился соловьиный заповедник — в окружении чудовищных корпусов завода коммутационной аппаратуры, в городе, насквозь отравленном удушливой нефтехимией. В этом городе и взращен талант великолепного музыканта.

(далее…)